В 2025 году потребление рыбы в России снова снизилось. Как сообщает Коммерсантъ, по итогам года показатель составил около 24 кг на человека — это на 2,4 % ниже уровня 2024 года. При том что официальная цель, закрепленная в государственных программах, — довести потребление до 28 кг в год на человека.
Четыре килограмма разницы — это не просто статистика. Это десятки тысяч тонн продукции, которые либо не доходят до внутреннего рынка, либо оказываются недоступными для покупателя. И это симптом более глубокой проблемы: рыба в стране, обладающей одними из крупнейших рыбных ресурсов в мире, постепенно становится товаром не для всех.
Рост, которого не случилось
С начала 2010-х годов государство последовательно декларировало курс на увеличение потребления рыбной продукции. В стратегических документах Минсельхоза и Росрыболовства целевой показатель установлен на уровне 28 кг на человека в год. Аргумент понятен: рыба — источник полноценного белка, омега-3 жирных кислот, микроэлементов, и с точки зрения профилактики хронических заболеваний ее потребление должно расти.
Однако фактическая динамика показывает стагнацию. В разные годы показатель колебался в пределах 22–25 кг, но устойчивого выхода к целевым 28 кг не произошло. По данным отрасли, в 2025 году потребление вновь снизилось примерно до 24 кг.
При этом Россия остается одним из крупнейших мировых добытчиков рыбы. Парадокс: ресурс есть, а внутренний спрос падает.
Государственная программа: цели и реальность
Программа увеличения потребления рыбы в РФ включает несколько направлений:
- развитие внутренней переработки;
- продвижение рыбы в рознице;
- стимулирование школьного и социального питания;
- логистическое развитие (в том числе холодовой цепи).
Формально меры существуют. Но их реализация идет медленно. Инфраструктурные ограничения, высокая стоимость логистики с Дальнего Востока в европейскую часть страны, ограниченные инвестиции в переработку — все это тормозит достижение целевых показателей.
Главная проблема программы — структурная. Она направлена на стимулирование потребления, но не решает ключевой конфликт: внутренний рынок менее выгоден, чем экспорт.
Ключевые факторы снижения спроса
1. Снижение вылова
В 2025 году общий вылов рыбы снизился примерно на 5 %. Особенно заметно сократилась добыча сардины иваси, мойвы, пикши и трески — по отдельным позициям показатели оказались на исторически низком уровне.
Снижение вылова автоматически ведет к сокращению предложения на рынке и росту цен. Для потребителя это означает простую вещь: рыба становится менее доступной.
2. Почти 45 % улова уходит на экспорт
Почти половина российского улова сегодня реализуется за рубеж. Причина очевидна — экспорт обеспечивает более высокую маржинальность. На мировом рынке цены часто выше, расчеты происходят в валюте, логистика выстроена, а платежная дисциплина стабильна. Для бизнеса это рациональный выбор. Для внутреннего рынка — системная потеря предложения.
Почему экспорт приоритетнее
С экономической точки зрения, производитель действует логично. Если тонна минтая или трески приносит больше прибыли на внешнем рынке, компания будет ориентироваться туда. Дополнительные факторы – снижение валютных рисков благодаря валютной выручке; экспортные контракты более долгосрочные и предсказуемые; на внешних рынках формируется спрос на российскую сырьевую рыбу; внутренний рынок чувствителен к цене и ограничен по покупательной способности.
Другими словами, экспорт — это не патриотизм или его отсутствие. Это простая арифметика.
3. Сокращение ассортимента в рознице
По данным отрасли, доля рыбы в ассортименте торговых сетей снизилась примерно на 4,4 %, а продажи охлажденной и замороженной рыбы упали примерно на 8 %. Это тревожный сигнал: снижение присутствия в торговых сетях означает потерю видимости категории, а потеря видимости снижает импульсный спрос.
4. Рост цен
Цены на мороженую и разделанную рыбу выросли более чем на 17 % за год. Для домохозяйств с ограниченным бюджетом рыба начинает конкурировать с курицей и свининой — и часто проигрывает. Рыба воспринимается как более дорогой и менее универсальный продукт.
Восприятие привлекательности
Потребление определяется не только ценой, но и культурой питания. В отличие от стран с устойчивой рыбной традицией, в России рыба не всегда является базовым продуктом ежедневного рациона. Если продукт дорогой, требует кулинарных навыков и не представлен в удобном формате, он быстро выбывает из корзины.
Предложение развивать продукцию высокой степени переработки
Отраслевые эксперты предлагают стимулировать спрос за счет развития продуктов высокой степени переработки — ready-to-cook, ready-to-eat, филе, порционных упаковок, полуфабрикатов. Источник этой идеи — позиция представителей отрасли и Росрыболовства, неоднократно озвученная в профильных изданиях и стратегических документах. Логика проста: удобство повышает потребление.
Но здесь возникает серьезное противоречие. Во всем мире научное сообщество обсуждает риски ультрапереработанных продуктов (ultra-processed foods). Рекомендации ВОЗ и многих национальных руководств призывают сокращать их долю в рационе. 
Если государственная стратегия увеличения потребления рыбы будет строиться через расширение сегмента глубоко переработанных продуктов с добавлением соли, стабилизаторов, усилителей вкуса и жиров, то она вступит в конфликт с глобальной политикой общественного здоровья.
Нужно разделять понятия: филе без костей — это технологическая переработка, не обязательно ультрапереработка, но рыбные наггетсы, панированные полуфабрикаты, продукты с длинным списком добавок — это уже другая категория.
Критический вопрос: хотим ли мы увеличить потребление рыбы как пищевой матрицы или просто расширить рынок удобных продуктов? Если ставка делается на второе, эффект для здоровья населения может оказаться сомнительным.
Экономика против здоровья
Ситуация вокруг потребления рыбы в России все отчетливее показывает классический конфликт интересов. Государство декларирует необходимость увеличения потребления полезного продукта, апеллируя к задачам профилактики хронических заболеваний и формированию здорового рациона. Бизнес, в свою очередь, действует в логике рыночной эффективности и ориентируется прежде всего на прибыль и экспортные контракты. Розничные сети оптимизируют ассортимент, исходя из оборота и маржинальности, а потребитель в условиях роста цен неизбежно голосует рублем, выбирая более доступные альтернативы. В результате рыба закономерно уходит туда, где за нее платят больше.
Изменить этот баланс возможно, но только при системном подходе. Если государство действительно ставит задачу нарастить внутреннее потребление, экономические стимулы должны быть перенастроены таким образом, чтобы поставки на внутренний рынок становились сопоставимыми по привлекательности с экспортом. Это может означать налоговые механизмы, которые поощряют реализацию внутри страны, а также субсидирование логистики, особенно с учетом высокой стоимости транспортировки с Дальнего Востока в европейскую часть России.
Не менее важна поддержка продаж охлажденной рыбы в федеральных торговых сетях — именно этот сегмент способен повысить качество предложения и сформировать регулярную культуру потребления. Вопрос ценовой политики также требует внимания, поскольку резкие колебания и рост стоимости напрямую подрывают спрос. Включение рыбы в программы школьного и корпоративного питания может обеспечить стабильный базовый спрос и одновременно решать задачи общественного здоровья.
Отдельное направление — развитие аквакультуры. Расширение выращивания рыбы внутри страны способно снизить зависимость от волатильности промыслового вылова и частично стабилизировать предложение. Однако любые структурные изменения такого масштаба невозможны без долгосрочных инвестиций и четкой политической воли. Пока экономическая логика экспорта остается сильнее внутренней продовольственной стратегии, дисбаланс будет сохраняться.
Почему программа буксует
Медленная реализация программы увеличения потребления рыбы во многом объясняется самой структурой отрасли. Российский рыбный бизнес исторически ориентирован на экспорт: внешние рынки обеспечивают более высокую маржу, валютную выручку и более предсказуемые контракты. В такой конфигурации внутренний рынок оказывается вторичным — не по декларациям, а по фактической экономике.
Ситуацию усугубляет логистика. Основные районы добычи сосредоточены на Дальнем Востоке, а основные потребители — в европейской части страны. Доставка требует развитой холодовой цепи, железнодорожных мощностей, хранения и переработки. Каждое звено увеличивает себестоимость, и в итоге цена для покупателя растет быстрее, чем его доходы.
При этом покупательная способность населения остается ограниченной. Рыба все чаще воспринимается как более дорогой и менее универсальный продукт по сравнению с мясом птицы или свининой. В условиях роста цен потребитель сокращает долю категории в корзине, и торговые сети реагируют на это снижением ассортимента.
Добавляется и слабая работа с имиджем самой категории. Рыба редко продвигается как современный, удобный и регулярный продукт питания. Маркетинг фрагментарен, федеральных кампаний по формированию устойчивого спроса практически нет. В результате рыба проигрывает конкуренцию более активно продвигаемым категориям.
Наконец, отсутствуют жесткие механизмы, которые бы реально приоритизировали внутренний рынок перед экспортом. Государство декларирует необходимость роста потребления, но экономические стимулы продолжают подталкивать бизнес к внешним контрактам. И пока поставки за рубеж остаются более прибыльными и менее рискованными, выбор для отрасли остается очевидным.
Россия — одна из крупнейших рыбных держав мира. Но потребление рыбы внутри страны снижается. Почти половина улова уходит за рубеж. Вылов сокращается. Цены растут. Ассортимент в магазинах уменьшается.
Государственная программа увеличения потребления существует, но ее цели не достигаются. Предложение развивать глубоко переработанные продукты может вступить в противоречие с глобальными рекомендациями по снижению доли ультрапереработанных продуктов в рационе. Вопрос сегодня не в том, хватает ли рыбы в море. Вопрос в том, кто ее ест. И пока экономика экспорта оказывается сильнее внутренней продовольственной политики, рыба будет уплывать — туда, где за нее платят больше.
Автор: Алексей Вонг
